В Тулузе, городе католическом, куда они прибыли 25 октября 1578 года, у Маргариты резко подскочила температура. Депутаты городского парламента нанесли ей визит, чтобы, как тогда говорили, «засвидетельствовать почтение». Она приняла их в широкой кровати, покрытой дамасским полотном. В глубине алькова пел хор мальчиков. Можете себе представить изумление депутатов... Пока королева Наваррская знакомилась со своими новыми вассалами, Екатерина стремилась повсюду заставить уважать эдикт Генриха III о примирении.

Своей властью она восстановила католическую церковь в городах и селениях, где гугеноты ее запретили. Когда королевский кортеж проезжал через католические территории, король Наварры исчезал... чтобы возникнуть тотчас же, едва кортеж оказывался на землях гугенотов. Королева-мать стремилась очаровать мужа своей дочери. Когда город Ош преподнес ей ключи, она изящным жестом отклонила дар, сказав помощнику бургомистра: — Передайте их моему зятю!

Маргарита въехала в Ош 21 ноября 1578 года в носилках, покрытых черным велюром. Генрих, который задержался из-за фурункула, выскочившего не в лучшем месте, прибыл на берега Жера только через день и в крайне дурном расположении духа, ибо только что жители Оша — как ранее жители Бордо — перед самым его носом закрыли ворота города. Наконец он присоединился к Марго. «Вскоре приехали скрипачи, мы начали танцевать...» Король Наваррский — политический расчет возбудил в нем страсть — объявил своей жене, что впредь будет исправно выполнять супружеские обязанности. Несмотря на фурункул...

15 декабря в семи лье от Ажана едва одетые нимфы — хотя на улице было довольно свежо — грациозно приветствовали обеих королев в замке Нерак, настоящей крепости на берегу Баизы. Уроженка Гаскони, девица Соваж, ехавшая перед Марго на белом иноходце, читала ей гасконскую поэму «Нежная песнь в честь первой красавицы мира». Это приветствие написал Гийом дю Барта, один из приближенных Генриха, его стольник. «Первая красавица мира» подарила юной нимфе расшитый шарф и поблагодарила поэта, который в своей поэме назвал ее «неповторимой Маргаритой». Затем актеры короля Наваррского в честь Марго исполнили на трех языках, гасконском, французском и латыни, сцену, которую написал все тот же Гийом дю Барта. Двор пировал, предавался танцам и любви.

«Любовь, — писал Рони, будущий герцог Сюлли, — стала самым важным занятием придворных. Смешение двух дворов, не уступавших друг другу в галантности, привело к тому, чего и следовало ожидать. Все предались наслаждениям, пирам и утехам». Так продолжалось до Рождества, которое Екатерина и Марго встретили в монастыре Парави, на берегу Гаронны, потому что гугеноты Нерака разграбили церковь Сен-Николя, самую близкую к замку.